Храм посещали, мы каждое воскресенье, но у меня осталось в памяти, когда папа после болезни стал трудиться в храме, отцу Николаю помогать, мне тогда было лет 10, наверное, может 11. Была Пасха, и папа меня, как старшую, взял на ночную службу. Тогда света не было, темно в храме, лампы все потушены, и они в алтаре потихонечку начинают петь: «Воскресение Твое, Христе Спасе…», тихонечко, потом погромче, погромче, и открывают царские врата. И выходят с крестным ходом. Папа несёт запрестольный крест. Этот крест и сейчас там висит в храме на стене, деревянный запрестольный крест. И вот этот крестный ход, остался в памяти, прошло столько лет. На всю жизнь это осталось.
287
0
Подробнее
Миряне
Зыкин Владимир Николаевич
С религиозной точки зрения всех жать стали! Даже поначалу вроде ничего, а с 1958 года стали «прижимать». До 1958 года было разрешено совершать крестные ходы. На Крещение, на первый Спас и на Преполовение ходили на реку где-то 1,5 – 2 километра, освящали воду и брали домой. Вода была чистая. Родники были чистейшие. На кладбище покойника провожали с крестным ходом. Всё это продолжалось до 1958 года, пока Хрущёв не начал войну против Церкви.
354
0
Подробнее
Миряне
Кириллин Владимир Михайлович
Я стал интересоваться тем, что происходит в немногих тогда московских церквах. В годы моего приобщения тут было всё не так, как теперь. Да и народ церковный был совсем другой. В подавляющем большинстве это были люди весьма преклонного возраста, чаще женщины, потерявшие мужей, братьев, сыновей, любимых. Сколько горя они пережили, но как счастливы были в Церкви! И сколько было в них искреннего тепла, неколебимой веры и твёрдой преданности! Общался с ними, постепенно появились знакомые, друзья, подобные мне искатели. Со временем душевно сошёлся со священником, моим ровесником, ныне покойным игуменом Пантелеимоном (Лебедевым), да помянет его Господь.
363
0
Подробнее
Священнослужители
Протоиерей Николай Горбатовский
Вот в такой атмосфере проходило моё детство. Я всё это знал, Солженицына читал, не «Архипелаг ГУЛАГ», конечно, а «Один день из жизни Ивана Денисовича» у нас лежал в тумбочке. Эта книга тоже считалась неразрешённой, хотя потом её издали, но запретили. И так я вырос и стал взрослым человеком. Сначала радиотехником хотел быть, потом пошёл в семинарию. И с большой благодарностью, конечно, вспоминаю всех этих решительных православных людей, потому что без них, может быть, я бы и стал воцерковлённым православным человеком, но в душе жила бы большая трусость, неактивность, боязнь всего. А они как раз были для меня примером, что в таком обществе можно жить спокойно, уверенно, доброжелательно. Никакой злости не было на советскую власть, что вокруг враги. Нет, такого отношения не было. Просто люди неверующие, к сожалению. Так к ним относились. Благодаря этим людям, которых я упомянул и которых не упомянул, сложилось моё становление в детстве.
1454
0
Подробнее
Сестры Пюхтицкого Успенского монастыря. 1956 г.
Схиигумен Савва Остапенко. 1970-е годы
Пасха 1968 с. Домодедово
Свящ. Андрей Голдобин
Свято-Троицкий собор. Саратов. Фото 1940-х годов из архива Д. Щербины.
Детская молитва у святого источника. Фото 1990 года из архива Д. Щербины.
Домашняя молитва. Фото 1960-х годов из архива Д. Щербины.