Моя бабушка в семье протоиерея Александра, у которого было четверо детей, была третьим ребёнком. Первый сын, Илья, учился в семинарии. Началась гражданская война, и он ушёл в армию Колчака. Потом Валентина, потом моя бабушка и младший Дмитрий, он умер, когда отец Александр был на Русско-Японской войне. И бабушка была из этой семьи, очень набожной, воцерковлённой. Но она, видимо, была напугана репрессиями, которые прошлись по ней и по отцу. Протоиерея Александра дважды арестовывали. Сначала – в 1925 году, тогда ему дали 5 лет, но он эти 5 лет в концлагере где-то под Иркутском не отсидел, а отсидел меньше, его выпустили. Но в 1938 году его расстреляли.
391
0
Подробнее
Миряне
Лысак Лидия Григорьевна
Так вот цего батюшку привязали до коней и все село его волокли, за село его вывезли и кинули там его. А люди ночью пришли, его взяли и в ямку закопали. Ходили проведовали ту могилочку, обробляли. А вот начали открывать храмы, то его перехоронили, храм его ж хороший, не поломали, стоял. Ну, обремонтировали. Его перехоронили, могилку хорошую зробили. И таперь туды и паломники ездять. А були ж батюшки, так их на ссылку ссылали. На севера ж высылали. Було, дети, горе. Було горе.
248
0
Подробнее
Священнослужители
Архимандрит Алексий (Вылажанин)
В библиотеках всегда был уголок атеиста, где имелись книжечки атеистической направленности. Каждый искал в этих книжечках для себя что-то нужное: кто хотел атеизма, тот находил грязь, кто искал чего-то светлого, тот пытался увидеть светлое. Помню, одна книжечка называлась «Путешествие в XVII век», в ней журналистка рассказывала о своём посещении Псково-Печерского монастыря. Она говорила о мракобесии, но у меня осталось ощущение святости того места, хотя я никогда там не был. И, конечно, была «Библия для верующих и неверующих», из которой, опять-таки, можно было почерпнуть очень многое о вере. Самое удивительное, что в журнале «Наука и религия» печаталось много статей и на религиозную тему, под личиной антирелигиозной борьбы иногда публиковались очень интересные статьи.
671
0
Подробнее
Миряне
Ивина Любовь Васильевна
И уже потом каждый выходной ходили в храм. У нас церкви были, три храма было в Казахстане православных. Стали ходить, и как-то тянуть нас стала душа прямо. Встаём тихонечко, муж спит, и дочь спит, а мы в храм идём. Причащались, исповедовались. Только раньше не было такого, чтобы три канона прочитать, молитвы. И книг не было, ничего не было, мы не знали. Но причащались, исповедовались. Один раз даже, я с роду не забуду. У нас храм большой, много народу было. И приехал батюшка такой красивый, не с нашего города, откуда-то он приехал. Такой высокий, красивый. И знаете, как он исповедовал? Я первый раз видела такое. Все уходили от него, ревели белугой. Я уже последняя осталась, и он устал, чувствуется, мне жалко его стало. Он смотрит на меня: «Ну что, давайте завтра». Я до сих пор жалею, что я у него не исповедовалась. А на завтра его не было. Все, кто первый, кто не первый раз, с такими слезами от него уходили. Я в первый раз такое видела. Это мне на всю жизнь запомнилось.
197
0
Подробнее
Сестры Пюхтицкого Успенского монастыря. 1956 г.
Схиигумен Савва Остапенко. 1970-е годы
Пасха 1968 с. Домодедово
Свящ. Андрей Голдобин
Свято-Троицкий собор. Саратов. Фото 1940-х годов из архива Д. Щербины.
Детская молитва у святого источника. Фото 1990 года из архива Д. Щербины.
Домашняя молитва. Фото 1960-х годов из архива Д. Щербины.