1940
1990
Память Церкви
Целью проекта Учебного комитета Русской Православной Церкви "Память Церкви. Беседы со свидетелями жизни Церкви в советскую эпоху" является сохранение и передача от поколения к поколению воспоминаний очевидцев жизни Церкви и верующих людей в Советском Союзе.
Воспоминания
Миряне
Сергей Александрович Конев
Положение Церкви, на мой взгляд, было полукатакомбное. Церковь советского времени представляла из себя внешне храм, двери которого открыты как бы для всех посетителей, но как в мышеловке. Если заходил в храм, допустим, молодой человек, то он сразу попадал под контроль. Для людей пожилого возраста, инвалидов, участников войны доступ в храм был открытым. За молодыми людьми присматривали, их высматривали, ими интересовались, и таким людям грозили последствия. Всячески старались установить их личность, и после этого, если это член КПСС, то передавали сразу в партийную организацию, что он заходил в церковь или был соучастником крещения ребёнка. Всё фиксировалось. Если он не был членом КПСС, передавали в профсоюзную организацию. Его вызывали на заседание профсоюза и задавали вопрос, почему он посещает церковь. Если он не состоит в профсоюзе, передавали руководителю предприятия с наставлением разобраться с личностью, почему у него человек, работающий на предприятии, оказался в церкви. То есть был тотальный контроль за людьми среднего и молодого возраста.
362
0
Подробнее
Миряне
Левина Нина Романовна
Папа очень хороший был, добрый был по характеру, очень добрый. Огород очень любил, борщи варил. Придёт, бывало, со службы и идёт на огород. Маму так любил, нас всех любил. И все прихожане его любили. Он лечил ещё, обладал этим даром. Отчитывал. Очень много людей к нему ходило. Он очень был благородный человек, очень. Ничего не заканчивал, самоучкой выучился. В шесть лет читал псалмы уже. Он был умненький, очень умненький.
348
0
Подробнее
Миряне
Сидякина Нина Николаевна
А перед этим я видела такой странный сон: вокруг меня огромные чёрные собаки, и они все лают на меня. А я рукой их укрощаю. И вот когда они сошлись все, я вспомнила этот сон, думаю: «Ну вот, точь-в-точь вот эти чёрные огромные собаки!» И стали мне вопросы задавать. А на меня, почему-то такое спокойствие напало. Отвечаю им спокойно только «да» или «нет», и кроме этих слов ничего им не говорила. А они из себя выходили, они не знали, что со мной делать. Я перед ними такая худенькая, маленькая девчушка больная. Секретарь говорит: «Ты что же, и в Бога веришь?» Я говорю: «Да». – «И молишься?» Я говорю: «Да, молюсь». И они начали меня уговаривать отказаться от веры, предлагать мне помощь, говорили: «Мы тебя устроим, куда ты хочешь». А они все знали, что я очень хотела стать врачом, что я хотела поступить в мединститут. И они говорят: «Мы тебя устроим в мединститут, будешь учиться». Соблазнительно, да? Но я говорю: «Вы знаете, я не могу отказаться». И они мне говорят: «Ну тогда теперь нет никаких тебе ни дорог, ни путей. Как хочешь, так и живи».
364
0
Подробнее
Священнослужители
Протоиерей Владимир Корчагин
Людей нет, певчих нет, никто ничего не может, кадило подать никто не может, в храме холодина. Даже крест взять, чтобы отпустить народ, ты не можешь – он ледяной. Приходилось греть его на плитке. Вот такие были условия. После этого у меня в голове всегда была такая мысль: если священника рукополагать, то начинать ему нужно вот с таких приходов, чтобы узнать вот такую жизнь. Потому что сейчас приходишь: всё поглажено, облачение чистое, алтарники есть, всё готово, просфоры есть, думать не нужно. Очень интересно, разница очень большая. Начинали с нуля. Петь никто не мог, нашёл я одну бабушку старенькую, которая «Господи, помилуй» могла спеть, с ней потихоньку служили, а потом она умерла. Опять никого нет. Жена у меня хотела на пенсию выйти, отдохнуть, она сорок лет отработала учителем, но тут всё это началось, я ей говорю, что лучше мы потом отдохнём.
179
0
Подробнее
Положение Церкви, на мой взгляд, было полукатакомбное. Церковь советского времени представляла из себя внешне храм, двери которого открыты как бы для всех посетителей, но как в мышеловке. Если заходил в храм, допустим, молодой человек, то он сразу попадал под контроль. Для людей пожилого возраста, инвалидов, участников войны доступ в храм был открытым. За молодыми людьми присматривали, их высматривали, ими интересовались, и таким людям грозили последствия. Всячески старались установить их личность, и после этого, если это член КПСС, то передавали сразу в партийную организацию, что он заходил в церковь или был соучастником крещения ребёнка. Всё фиксировалось. Если он не был членом КПСС, передавали в профсоюзную организацию. Его вызывали на заседание профсоюза и задавали вопрос, почему он посещает церковь. Если он не состоит в профсоюзе, передавали руководителю предприятия с наставлением разобраться с личностью, почему у него человек, работающий на предприятии, оказался в церкви. То есть был тотальный контроль за людьми среднего и молодого возраста.
362
0
Подробнее
Миряне
Левина Нина Романовна
Папа очень хороший был, добрый был по характеру, очень добрый. Огород очень любил, борщи варил. Придёт, бывало, со службы и идёт на огород. Маму так любил, нас всех любил. И все прихожане его любили. Он лечил ещё, обладал этим даром. Отчитывал. Очень много людей к нему ходило. Он очень был благородный человек, очень. Ничего не заканчивал, самоучкой выучился. В шесть лет читал псалмы уже. Он был умненький, очень умненький.
348
0
Подробнее
Миряне
Сидякина Нина Николаевна
А перед этим я видела такой странный сон: вокруг меня огромные чёрные собаки, и они все лают на меня. А я рукой их укрощаю. И вот когда они сошлись все, я вспомнила этот сон, думаю: «Ну вот, точь-в-точь вот эти чёрные огромные собаки!» И стали мне вопросы задавать. А на меня, почему-то такое спокойствие напало. Отвечаю им спокойно только «да» или «нет», и кроме этих слов ничего им не говорила. А они из себя выходили, они не знали, что со мной делать. Я перед ними такая худенькая, маленькая девчушка больная. Секретарь говорит: «Ты что же, и в Бога веришь?» Я говорю: «Да». – «И молишься?» Я говорю: «Да, молюсь». И они начали меня уговаривать отказаться от веры, предлагать мне помощь, говорили: «Мы тебя устроим, куда ты хочешь». А они все знали, что я очень хотела стать врачом, что я хотела поступить в мединститут. И они говорят: «Мы тебя устроим в мединститут, будешь учиться». Соблазнительно, да? Но я говорю: «Вы знаете, я не могу отказаться». И они мне говорят: «Ну тогда теперь нет никаких тебе ни дорог, ни путей. Как хочешь, так и живи».
364
0
Подробнее
Священнослужители
Протоиерей Владимир Корчагин
Людей нет, певчих нет, никто ничего не может, кадило подать никто не может, в храме холодина. Даже крест взять, чтобы отпустить народ, ты не можешь – он ледяной. Приходилось греть его на плитке. Вот такие были условия. После этого у меня в голове всегда была такая мысль: если священника рукополагать, то начинать ему нужно вот с таких приходов, чтобы узнать вот такую жизнь. Потому что сейчас приходишь: всё поглажено, облачение чистое, алтарники есть, всё готово, просфоры есть, думать не нужно. Очень интересно, разница очень большая. Начинали с нуля. Петь никто не мог, нашёл я одну бабушку старенькую, которая «Господи, помилуй» могла спеть, с ней потихоньку служили, а потом она умерла. Опять никого нет. Жена у меня хотела на пенсию выйти, отдохнуть, она сорок лет отработала учителем, но тут всё это началось, я ей говорю, что лучше мы потом отдохнём.
179
0
Подробнее
Фото
Сестры Пюхтицкого Успенского монастыря. 1956 г.
Схиигумен Савва Остапенко. 1970-е годы
Пасха 1968 с. Домодедово
Свящ. Андрей Голдобин
Свято-Троицкий собор. Саратов. Фото 1940-х годов из архива Д. Щербины.
Детская молитва у святого источника. Фото 1990 года из архива Д. Щербины.
Домашняя молитва. Фото 1960-х годов из архива Д. Щербины.
Видео
Пасха в СССР, 1986
Фрагменты служб в храме пророка Илии в Обыденском переулке (1970-е -- начало 1980-х гг)
Монастырская жизнь в Советском Союзе ／ Монашество на Руси ХХ в. 1985 г．
Празднование 500-летия автокефалии Русской Православной Церкви． 1948 год． СССР