1940
1990
Память Церкви
Целью проекта Учебного комитета Русской Православной Церкви "Память Церкви. Беседы со свидетелями жизни Церкви в советскую эпоху" является сохранение и передача от поколения к поколению воспоминаний очевидцев жизни Церкви и верующих людей в Советском Союзе.
Воспоминания
Миряне
Никитенко Людмила Ивановна
Мама была верующей, но никто, кроме семьи, не знал этого по известным причинам, из-за религиозной государственной политики СССР в 1950–1960-х годах. В «перестройку» стали чаще участвовать в богослужениях, ходили в храм. Мама до последнего своего дня земной жизни посещала храм, участвовала в церковной жизни, умерла в возрасте 95 лет, по возвращении из Никольского храма города Новокузнецка после богослужения.
196
0
Подробнее
Миряне
Капустина Людмила Фёдоровна
Были, обязательно были иконы, и у нас дома, и у соседей тоже. То, что храма не было это одно дело, но иконы были. Был однажды такой случай, я была в шестом классе, мы дежурили в столовой, и директор школы подошёл и стал спрашивать (он был ярый атеист), у кого есть дома иконы. Ну, многие сказали, что у них есть, и я тоже сказала. А он сказал: «Придёте сегодня домой, скажите родителям чтобы сняли иконы». Я ничего ему не сказала, но подумала: «Кому помешали иконы? И почему я должна говорить родителям, чтобы сняли иконы? Это вообще кощунство!» Это мне было 12 лет. В то время имело значение школьное воспитание, поэтому была и пионерия, и комсомол.
159
0
Подробнее
Миряне
Сергей Александрович Конев
Положение Церкви, на мой взгляд, было полукатакомбное. Церковь советского времени представляла из себя внешне храм, двери которого открыты как бы для всех посетителей, но как в мышеловке. Если заходил в храм, допустим, молодой человек, то он сразу попадал под контроль. Для людей пожилого возраста, инвалидов, участников войны доступ в храм был открытым. За молодыми людьми присматривали, их высматривали, ими интересовались, и таким людям грозили последствия. Всячески старались установить их личность, и после этого, если это член КПСС, то передавали сразу в партийную организацию, что он заходил в церковь или был соучастником крещения ребёнка. Всё фиксировалось. Если он не был членом КПСС, передавали в профсоюзную организацию. Его вызывали на заседание профсоюза и задавали вопрос, почему он посещает церковь. Если он не состоит в профсоюзе, передавали руководителю предприятия с наставлением разобраться с личностью, почему у него человек, работающий на предприятии, оказался в церкви. То есть был тотальный контроль за людьми среднего и молодого возраста.
230
0
Подробнее
Миряне
Грачёва Татьяна Михайловна
В школе, бывало, нас проверяют, кто с крестами. Я скорее его сыму, да и спрячу куды-нибудь. А крест носила. И в храм ходила. Бывало, учительница орёт, орёт на меня: «Ходит в храм!» Я и в церкву, бывало, пойду, а мне в церкву идти мимо учительницы, она могла видеть меня. Я, бывало, огородами где-нибудь пройду в церкву. Так и ходила.
239
0
Подробнее
Мама была верующей, но никто, кроме семьи, не знал этого по известным причинам, из-за религиозной государственной политики СССР в 1950–1960-х годах. В «перестройку» стали чаще участвовать в богослужениях, ходили в храм. Мама до последнего своего дня земной жизни посещала храм, участвовала в церковной жизни, умерла в возрасте 95 лет, по возвращении из Никольского храма города Новокузнецка после богослужения.
196
0
Подробнее
Миряне
Капустина Людмила Фёдоровна
Были, обязательно были иконы, и у нас дома, и у соседей тоже. То, что храма не было это одно дело, но иконы были. Был однажды такой случай, я была в шестом классе, мы дежурили в столовой, и директор школы подошёл и стал спрашивать (он был ярый атеист), у кого есть дома иконы. Ну, многие сказали, что у них есть, и я тоже сказала. А он сказал: «Придёте сегодня домой, скажите родителям чтобы сняли иконы». Я ничего ему не сказала, но подумала: «Кому помешали иконы? И почему я должна говорить родителям, чтобы сняли иконы? Это вообще кощунство!» Это мне было 12 лет. В то время имело значение школьное воспитание, поэтому была и пионерия, и комсомол.
159
0
Подробнее
Миряне
Сергей Александрович Конев
Положение Церкви, на мой взгляд, было полукатакомбное. Церковь советского времени представляла из себя внешне храм, двери которого открыты как бы для всех посетителей, но как в мышеловке. Если заходил в храм, допустим, молодой человек, то он сразу попадал под контроль. Для людей пожилого возраста, инвалидов, участников войны доступ в храм был открытым. За молодыми людьми присматривали, их высматривали, ими интересовались, и таким людям грозили последствия. Всячески старались установить их личность, и после этого, если это член КПСС, то передавали сразу в партийную организацию, что он заходил в церковь или был соучастником крещения ребёнка. Всё фиксировалось. Если он не был членом КПСС, передавали в профсоюзную организацию. Его вызывали на заседание профсоюза и задавали вопрос, почему он посещает церковь. Если он не состоит в профсоюзе, передавали руководителю предприятия с наставлением разобраться с личностью, почему у него человек, работающий на предприятии, оказался в церкви. То есть был тотальный контроль за людьми среднего и молодого возраста.
230
0
Подробнее
Миряне
Грачёва Татьяна Михайловна
В школе, бывало, нас проверяют, кто с крестами. Я скорее его сыму, да и спрячу куды-нибудь. А крест носила. И в храм ходила. Бывало, учительница орёт, орёт на меня: «Ходит в храм!» Я и в церкву, бывало, пойду, а мне в церкву идти мимо учительницы, она могла видеть меня. Я, бывало, огородами где-нибудь пройду в церкву. Так и ходила.
239
0
Подробнее
Фото
Сестры Пюхтицкого Успенского монастыря. 1956 г.
Схиигумен Савва Остапенко. 1970-е годы
Пасха 1968 с. Домодедово
Свящ. Андрей Голдобин
Свято-Троицкий собор. Саратов. Фото 1940-х годов из архива Д. Щербины.
Детская молитва у святого источника. Фото 1990 года из архива Д. Щербины.
Домашняя молитва. Фото 1960-х годов из архива Д. Щербины.
Видео
Пасха в СССР, 1986
Фрагменты служб в храме пророка Илии в Обыденском переулке (1970-е -- начало 1980-х гг)
Монастырская жизнь в Советском Союзе ／ Монашество на Руси ХХ в. 1985 г．
Празднование 500-летия автокефалии Русской Православной Церкви． 1948 год． СССР