1940
1990
Память Церкви
Целью проекта Учебного комитета Русской Православной Церкви "Память Церкви. Беседы со свидетелями жизни Церкви в советскую эпоху" является сохранение и передача от поколения к поколению воспоминаний очевидцев жизни Церкви и верующих людей в Советском Союзе.
Воспоминания
Миряне
Сумина Татьяна Ивановна
Дедушку расстреляли. В те времена, в 1920-е годы, их всю семью из дома выгнали, мамину семью. Дедушку забрали, а мама тогда ещё маленькая была, на стульчике сидела. – «И помню, – говорит, – как я им руки кусала». И всю жизнь помнила, как выбросили всех на улицу. Одиннадцать человек детей выбросили! Брата старшего посадили, расстреляли потом. Отца расстреляли. Они спустились в погреб, там брат, помладше который, разжёг костёр, и вот над этим костром грелись. Травку ели, из лебеды суп варили. Маленькие дети все умерли. А потом, когда уже прошло сколько-то времени, маме кто-то сказал: «Ты напиши, узнай, где Ефим, где брат, где папа наш». Она написала письмо, а ей пришёл ответ на тоненькой папиросной бумажечке, тогда были такие: «Если будешь спрашивать, пойдёшь туда же». Мама никогда не вступала ни в пионеры, никуда. Вела жизнь очень строгую.
536
0
Подробнее
Миряне
Отинова Елена Николаевна
Папин двоюродный брат работал в милиции. Он только из армии пришёл, ему было 20 лет с небольшим. И вот его послали её охранять. Да, он был в этом доме(про стояние Зои). И он стал седым. В двадцать-то лет. А папу друг позвал буквально в первые дни, когда ещё охраны не было. Охрану, как папа рассказывал, дня через три поставили. Они пошли, друг-то заглянул в окно, а папа говорит: «Я подошёл, и такой на меня страх напал! Такая силища! Я не мог подойти, не стал смотреть в окно». А друг уже посмотрел, слез и говорит: «Да, стоит девушка». А папа говорит: «Нет, я не буду смотреть». Они ушли. А потом уже, когда он решился идти смотреть через несколько дней, там уже и охрана была, и конная милиция. Охрана сначала была в доме, чтобы не шли слухи никуда. А она орала, кричала по ночам, и они сказали, что будут лучше дежурить вне дома.
664
0
Подробнее
Миряне
Сизова Татьяна Николаевна
Помню, было мне около 16 лет, я в техникуме училась, прихожу с учёбы, а у тётки матери, дедовой сестры, открыто Евангелие громадное, она сидит, читает и плачет. Я подхожу, а там: «...Есром родил Арама; Арам родил Аминадава; Аминадав родил Наассона…». Я думаю, что же тут плакать-то? И потом только, через 50 лет я поняла, о чём она плачет. Еврей помнит свой род, прочтёт – и помянет всех, а мы не знаем даже своего прадеда. Вот, что она плачет, что её никто не помянет! Но я, слава Богу, это усекла и поминаю её каждодневно в молитве. И всех своих, 150 человек у меня по памяти за упокой[5], потому что никто больше их не помянет. А в роду у меня не святые люди, там было всякое, нужно за всех молиться, Господь Сам знает, кому чего, твоя молитва прилепится, к кому Он хочет. Он по благодати Своей сделает.
151
0
Подробнее
Миряне
Лысак Лидия Григорьевна
Так вот цего батюшку привязали до коней и все село его волокли, за село его вывезли и кинули там его. А люди ночью пришли, его взяли и в ямку закопали. Ходили проведовали ту могилочку, обробляли. А вот начали открывать храмы, то его перехоронили, храм его ж хороший, не поломали, стоял. Ну, обремонтировали. Его перехоронили, могилку хорошую зробили. И таперь туды и паломники ездять. А були ж батюшки, так их на ссылку ссылали. На севера ж высылали. Було, дети, горе. Було горе.
248
0
Подробнее
Дедушку расстреляли. В те времена, в 1920-е годы, их всю семью из дома выгнали, мамину семью. Дедушку забрали, а мама тогда ещё маленькая была, на стульчике сидела. – «И помню, – говорит, – как я им руки кусала». И всю жизнь помнила, как выбросили всех на улицу. Одиннадцать человек детей выбросили! Брата старшего посадили, расстреляли потом. Отца расстреляли. Они спустились в погреб, там брат, помладше который, разжёг костёр, и вот над этим костром грелись. Травку ели, из лебеды суп варили. Маленькие дети все умерли. А потом, когда уже прошло сколько-то времени, маме кто-то сказал: «Ты напиши, узнай, где Ефим, где брат, где папа наш». Она написала письмо, а ей пришёл ответ на тоненькой папиросной бумажечке, тогда были такие: «Если будешь спрашивать, пойдёшь туда же». Мама никогда не вступала ни в пионеры, никуда. Вела жизнь очень строгую.
536
0
Подробнее
Миряне
Отинова Елена Николаевна
Папин двоюродный брат работал в милиции. Он только из армии пришёл, ему было 20 лет с небольшим. И вот его послали её охранять. Да, он был в этом доме(про стояние Зои). И он стал седым. В двадцать-то лет. А папу друг позвал буквально в первые дни, когда ещё охраны не было. Охрану, как папа рассказывал, дня через три поставили. Они пошли, друг-то заглянул в окно, а папа говорит: «Я подошёл, и такой на меня страх напал! Такая силища! Я не мог подойти, не стал смотреть в окно». А друг уже посмотрел, слез и говорит: «Да, стоит девушка». А папа говорит: «Нет, я не буду смотреть». Они ушли. А потом уже, когда он решился идти смотреть через несколько дней, там уже и охрана была, и конная милиция. Охрана сначала была в доме, чтобы не шли слухи никуда. А она орала, кричала по ночам, и они сказали, что будут лучше дежурить вне дома.
664
0
Подробнее
Миряне
Сизова Татьяна Николаевна
Помню, было мне около 16 лет, я в техникуме училась, прихожу с учёбы, а у тётки матери, дедовой сестры, открыто Евангелие громадное, она сидит, читает и плачет. Я подхожу, а там: «...Есром родил Арама; Арам родил Аминадава; Аминадав родил Наассона…». Я думаю, что же тут плакать-то? И потом только, через 50 лет я поняла, о чём она плачет. Еврей помнит свой род, прочтёт – и помянет всех, а мы не знаем даже своего прадеда. Вот, что она плачет, что её никто не помянет! Но я, слава Богу, это усекла и поминаю её каждодневно в молитве. И всех своих, 150 человек у меня по памяти за упокой[5], потому что никто больше их не помянет. А в роду у меня не святые люди, там было всякое, нужно за всех молиться, Господь Сам знает, кому чего, твоя молитва прилепится, к кому Он хочет. Он по благодати Своей сделает.
151
0
Подробнее
Миряне
Лысак Лидия Григорьевна
Так вот цего батюшку привязали до коней и все село его волокли, за село его вывезли и кинули там его. А люди ночью пришли, его взяли и в ямку закопали. Ходили проведовали ту могилочку, обробляли. А вот начали открывать храмы, то его перехоронили, храм его ж хороший, не поломали, стоял. Ну, обремонтировали. Его перехоронили, могилку хорошую зробили. И таперь туды и паломники ездять. А були ж батюшки, так их на ссылку ссылали. На севера ж высылали. Було, дети, горе. Було горе.
248
0
Подробнее
Фото
Сестры Пюхтицкого Успенского монастыря. 1956 г.
Схиигумен Савва Остапенко. 1970-е годы
Пасха 1968 с. Домодедово
Свящ. Андрей Голдобин
Свято-Троицкий собор. Саратов. Фото 1940-х годов из архива Д. Щербины.
Детская молитва у святого источника. Фото 1990 года из архива Д. Щербины.
Домашняя молитва. Фото 1960-х годов из архива Д. Щербины.
Видео
Пасха в СССР, 1986
Фрагменты служб в храме пророка Илии в Обыденском переулке (1970-е -- начало 1980-х гг)
Монастырская жизнь в Советском Союзе ／ Монашество на Руси ХХ в. 1985 г．
Празднование 500-летия автокефалии Русской Православной Церкви． 1948 год． СССР